«Ах, лес шумит, топоры блестят, кровь льется, много слез будет», - задумчиво произнёс будущий святой и Сезёновский затворник Иоанн, а тогда ещё просто крестьянин Иван Быков, въезжая в лес у села Сезёново.
Свидетелями этого стала его спутница старица Дария Кутукова и провожавшая их до Сланского княжна Надежда Николаевна Несвицкая. По словам автора статьи "Иоанн, Сезёновский затворник", опубликованной в №21 "Тамбовских епархиальных ведомостей" за 1912 год, Иоанн шёл к старцу Илариону, жившему в пещере в Колычево (сейчас село Красное Колычёво Лев-Толстовского района, расположенное выше по реке Сквирня). Дорога шла через густой лес, "который тогда составлял предмет спора князей Несвицких с Долгоруковыми".
Старец Илларион, хотя был старше Иоанна, принял его с большим уважением и позже убедил князя Несвицкого взять Иоанна к себе на житье. Князь согласился и по желанию самого Иоанна отвел ему баню, где и поселился двадцатисемилетний отшельник, забив последнее окно.
А через три года страшное предсказание Иоанна сбылось.
Когда князь Несвицкий проезжал спорным лесом, на него напали крестьяне князя Долгорукова и прорубили ему череп. Еле живого привезли князя домой. И княжна Надежда Николаевна вспомнила пророческие слова затворника Иоанна. По её настоянию, после выздоровления князь выстроил Иоанну около храма Казанской Богоматери новую келью. Кстати, келью построили из того леса, что рос по дороге в Сланское. Теперь того леса уже нет...
В коллаже использована подлинная фотография леса у села Сланское рубежа 19-20 веков.