Шульгины

Своеобразная фамилия «Шульгин», очевидно, имеет славянские корни и ранее была в разных формах широко распространена на Украине и Белоруссии (в том числе, «Шульга», «Шульженко»), однако трактовка ее происхождения остается неоднозначной. Наиболее часто упоминаемая в научной литературе версия говорит нам о том, что проистекает она из древнего русского слова, встречающегося в различных написаниях («шульга», «шуйга» или «шуйца») и означающего «левая рука» или «левша» [2]. Существуют также предположения о связи фамилии с древними терминами, обозначавшими свинью или кабана, покровителя или защитника, острого на язык человека.

В материалах ландратской переписи Ф.Г. Ляпунова [3], прошедшей в октябре 1716 года уже в селе Богородицком, указано, что вторым старостой стал племянник Федора – Мирон Ефимов Шульгин. У семьи был свой собственный двор, на нем стояло две избы двух братьев-крестьян – Ефима и Федора. Читаем: «Во дворе Ефим Гаврилов сын Шульгин 55, у него жена Авдотья Семенова дочь 58, да сын Мирон 25, у него жена Аксинья Епифанова 30, в другой избе брат его родной Федор 45, у него жена Татьяна Ларионова дочь 47, да пасынок Григорий Стуколов 18, а Миронов сын Калина в 1715 году умер, а Федоров сын Иван в 1716 году умер же». В ревизских сказках 1719 года (датированы 13.07.1719 г.) [4], составленных тем же ландратом Ф.Г. Ляпуновым, старостой в Богородицком назван уже Ефим Гаврилов Шульгин, а его брат Фёдор не показан, очевидно, в связи с кончиной. Таким образом, можно прийти к выводу о том, что в течение всех первых лет создания и обустройства села именно представители рода Шульгиных, с одной стороны, являлись пользующимися общим уважением избранными лидерами в местном крестьянском сообществе, а, с другой, – были главной опорой И.В. Сезенева в управлении его новым поместьем.

Известно, что переписи 1710, 1715–1717 и 1719 гг. вследствие значительного количества утаек и искажений в большинстве случаев не дают полного представления о численности крестьян и даже крестьянских семейств (дворов) в помещичьих вотчинах и усадьбах. Более-менее целостную картину о населении села Богородицкого в конце периода царствования императора Петра I мы можем получить только из ревизских сказок 1719 года с внесенными в них дополнениями 1721–1723 годов («I ревизия») [5, 6]. При этом, прежде чем начать обсуждение этих материалов, необходимо напомнить о двух важных обстоятельствах. Как мы знаем, в 1717 году скоропостижно скончался первый владелец села, И.В. Сезенев, а в 1719 г., следом за ним, умерла его наследница, дочь Устинья [7]. Начинается длительный период судебных тяжб между купившим поместье князем Иваном Григорьевичем Несвицким и невесткой И.В. Сезенева Аксиньей Кузьминичной (в девичестве – Чаплина), который продолжался вплоть до 1740 года [8].

Очевидно в начале XVIII века крестьянская семья Шульгиных (согласно материалам I ревизии довольно многочисленная для тех времен) была выкуплена Исаем Сезеневым в полном составе, и переписи 1710, 1716 и 1719–1723 гг. показывают нам, что в селе Сланское ее представителей более не осталось. Вероятно, родоначальник сезёновских Шульгиных, Гаврила Федоров, скончался уже в начале 1700-х годов, и в итоге приобретены у Климента Данилова были вместе со своими женами и детьми трое родных братьев, Гавриловы дети: (1) старший Ефим (~1668 г.р.), занимавший в 1719 году должность сельского старосты в Богородицком; (2) средний Федор (~1669 г.р.), первый староста (на 1710 год), умерший между 1716 и 1719 гг.; (3) младший Ларион (~1674 г.р.), в 1719 г. дворовый человек в поместье в Богородицком, а в 1721 г. – уже в Никольском.

В 1719–1723 годах у Шульгиных в Богородицком один двор, хозяином в котором является Ефим Гаврилов. У него 5 сыновей: Денис (~1671 г.р.), Иван (~1684 г.р.), Иуда (~1698 г.р.), Мирон (1689/1691 г.р.) и Никита (~1702 г.р.). Первые трое – дворовые люди в поместье, Мирон и Никита – крестьяне, живут во дворе с отцом. У Мирона жена Аксинья Епифанова (~1686 г.р.), к тому времени родилось уже три сына: Калина (1710 г.р., умер в младенчестве в 1715 г.), Савва (1717 г.р.), впоследствии женившийся на представительнице другого исконного рода из Сезёново – Василисе Сергеевне Чесноковой, и Максим (~1720 г.р.). У Иуды Шульгина – два сына, Сергей (~1717 г.р.) и Михаил (~1720 г.р.).

У умершего в 1716–1719 гг. Федора Гаврилова Шульгина было не менее 5 сыновей: Павел (~1696 г.р.), Аникей (1699/1703 г.р.), старший Иван (1709 г.р., умер младенцем в 1716 г.), младший Иван (~1710 г.р.), Григорий (~1717 г.р.), а также усыновленный им пасынок Григорий Стуколов (~1700 г.р.). Последний, вместе с Павлом и его младшими братьями живет во дворе у Ефима Гаврилова; у Павла растет сын Никифор (~1711 г.р.). Аникей Федоров – дворовый человек, у него родился сын Денис (~1718 г.р.). Отметим, что представители упомянутого выше рода Стуколовых проживали в селе Сланское вплоть до XX века.

Основатель младшей ветви Шульгиных, Ларион Гаврилов, в 1721–1723 годах – дворовый человек в поместье в Никольском, его старший сын Евтей (~1688 г.р.) – крестьянин здесь же, а младший сын Харлан (или Харлам, ~1692 г.р.) – дворовый в Богородицком. К этому времени у Харлана появился на свет сын Леон (~1712 г.р.).

Однако, уже после вынесения вердикта, пользуясь длительным отсутствием князя в его имении, Аксинья Кузьминична Чаплина (Сезенева–Кобелева–Ланская), незаконно присваивает себе несколько семейств крепостных, в том числе, всех проживавших в Богородицком и Никольском Шульгиных (в 5 дворах) [12]. В 1730-е годы начинается новый этап борьбы за наследство И.В. Сезенева, теперь уже только за принадлежавших ему когда-то крестьян. В этот период, как следует из архивных документов, Шульгины поддерживали сторону Аксиньи Кузьминичны, по третьему мужу – Ланской. В феврале 1740 года суд, наконец, выносит окончательный вердикт: все незаконно присвоенные крестьяне возвращены князю И.Г. Несвицкому [13]. Практически одновременно с решением суда Иван Григорьевич отдает Богородицкое и Никольское в приданое своей дочери Прасковье и ее мужу – капитану Егору Андреевичу Ртищеву [14]. Последующие 35 лет истории обоих сел связаны именно с Ртищевыми: первые годы они во владении супружеской пары, Егора Андреевича и Прасковьи Григорьевны (ум. 1778 г.), затем, после смерти главы семьи около 1760 г. переходят к их сыну – подпоручику Алексею Егоровичу (умер в 1775–1778 гг.). О том, что происходило в этот период с семьей Шульгиных, нам могут поведать сохранившиеся материалы ревизских сказок 1745 и 1762 гг. [15,16], а также метрические книги Казанской церкви (с 1764 г.) [17].

Второй сын Ефима Гаврилова, Иван (1684–1732/45), – крестьянин в селе Богородицком, у него единственный сын Захар (1732–1754), который умирает молодым, не оставив наследников.

Третий сын, Мирон Ефимов (1689/91–1752) в 1745 году – крестьянин в с. Богородицкое. Был ли он к тому времени еще женат, или уже остался вдовцом, мы не знаем. У него два сына Савва (1717–1755) и Максим (1720–1758). Савва женат на Василисе Чесноковой, у него сын Григорий (1742–1762). В 1762 году Григорий – единственный живой мужчина из этой ветви Шульгиных, он крестьянин, но уже в с. Никольское. В 1775 году у него рождается сын Михаил. Дальнейшая судьба потомков Григория, очевидно, связана с селом Никольское (Острый Камень).

У старшего потомков мужского пола не осталось, а у младшего родился сын Петр (1738–1755), умерший до совершеннолетия. У еще одного сына Федора Гаврилова, Павла (1696–1726), не дожившего до 30 лет, два отпрыска – Никифор (1711–1735) и Сергей (1726–>1745). К 1745 году в живых из них остается только Сергей, он крестьянин в с. Богородицкое. С ним живут его два племянника, дети умершего Никифора, – Семен (1733–>1745) и Михей (1735–>1755). Сергея в 1747 году забирают в рекруты, Михея – в 1755 г., а Семена к 1762 году Ртищевы переводят в с. Никольское. Там он женится на Матрене Савельевой (1739–>1762), у него рождается не менее четырех детей: Христина (1754 г.р.), Федосей (1756 г.р.), Матвей (1759 г.р.), Ефим (1762 г.р.). Потомки этой ветви рода Шульгиных впоследствии остались жить в селе Никольское (Острый Камень).

Второй по рождению сын Федора Гаврилова, Аникей (1699/1703–>1762) в 1745 году – дворовый помещика капитана Ртищева в Богородицком. У него два отпрыска – старший Денис (1718–>1762) и младший Алексей (1722–1752), который умер молодым и не оставил потомков. К 1762 году Аникей с Денисом переведены в с. Никольское, становятся там крестьянами. У Дениса жена Авдотья Евтеева (1712–>1762) из Богородицкого и три дочери – Авдотья (1750 г.р.), Аграфена (1753–1791) и Анна (1757 г.р.). Аграфена впоследствии была выдана замуж в Сезёново за крестьянина Архипа Сергеева Бычкова. О мужских потомках этой ветви Шульгиных ничего неизвестно.

Младший сын Федора, Григорий (1717–>1787) со своей женой Федосьей Афанасьевой (1712–1793) в 1745 году – крестьянин в с. Богородицкое, у него сыновья Леон (1742–1756), Петр (1745–1756), Иван (1752–1787), дочери Пелагея (1749–>1762) и Федосья (1755–>1768). Леон и Петр умирают в отрочестве, Федосья в 1768 году выдана замуж за крестьянина Александра Климентова. В 1762 году Григорий Федоров Шульгин с женой и сыном Иваном по-прежнему проживали в Богородицком. Иван Григорьев в 1765 году женился на крестьянской дочери Авдотье Матвеевой (1751–1785) из этого же села.

Таким образом, как мы видим, из ветви Федора Гаврилова Шульгина во второй половине XVIII веке в Сезёново остались только его младший сын Григорий со своей семьей.

В 1745 году сын Евтея Афанасий (1725 г.р.), крестьянин, проживает в собственном дворе в селе Никольское. В 1762 г. он становится старостой этого села, был трижды женат. От первого брака с Настасьей Михайловой (1712–1762/6) у него родились сыновья Василий (1747 г.р.) и Роман (1750 г.р.).

Сын Харлана, Леон (1712–1765), в 1748 г. – дворовый в поместье Ртищевых в Богородицком, женат на однодворческой дочери из Пушкарской слободы г. Лебедяни Анне Яковлевой. В 1762 г. – он уже крестьянин, имеет собственный двор в с. Никольское. В браке у Леона родился сын Иван (1738/41 г.р.). Дочь Харлана Марфа (1722 г.р.) была выдана замуж в Богородицкое за Сергея Еремеева Бычкова, Афимья (1724 г.р.) – также в Богородицкое за Калину Трифонова Костина, Ирина (1727 г.р.) – в Никольское за Панкрата Гордеева Трусенкина, Аксинья (1732 г.р.) – в Никольское за крестьянина Федора Ларионова. После 1762 года все потомки мужского пола этой ветви Шульгиных проживали в Никольском (Остром Камне), а в Богородицком (Сезёново) их не осталось.

Сделанный выше обзор показывает, что к концу периода владения Богородицким помещиками Ртищевыми (1775 год) в селе осталось только две ветви из всего рода Шульгиных – крестьянские семьи Петра Устинова и Григория Федорова. Остальные представители этой фамилии волею судеб оказались в с. Никольское (Острый Камень) и их дальнейшая история уже не была связана с Сезёново.

У Петра Устинова Шульгина в Богородицком родились и дожили до зрелого возраста только двое детей – дочери Пелагея (1772–>1792) и Анна (1775–>1785). Обе были выданы замуж за местных крестьян.

У Ивана Григорьева в браке с Авдотьей Матвеевой рождаются два сына, Роман (1766–>1809) и Тимофей (1777–>1809). а также пять дочерей – Меланья (1773–>1785), Христина (1778–1785), Марья (1780–>1795), Анисья (1781–>1795) и Анастасия (1783–>1795). Известно, что Меланья была выдана замуж в село Карповка за крестьянина Евстрата Степанова.

В 1786 году часть Богородицкого вместе с крестьянами переходит во владение лебедянских помещиков Кузьминых. Среди проданных Несвицкими крепостных и обе семьи Шульгиных. Жена Петра Устинова, Фиона, умирает в 1792 году, через несколько лет уходит из жизни и он сам. В том, 1800 году эта ветвь Шульгиных в селе пресеклась.

Григорий Федорович Шульгин умирает в конце 1780х годов, его жена Федосья проживет несколько дольше – до 1793 года. У Ивана Григорьева в 1785 году умирает жена Авдотья, через год он женится во второй раз на вдове Домне Денисовой, но детей в этом браке родиться не успело, т.к. сам Иван скоропостижно скончался в 1787 году.

Итак, в декабре 1786 года князь Николай Лукич Несвицкий, финансовое состояние которого, вероятно, переживало не лучшие времена, был вынужден продать часть своих земель в Сезёново и некоторых крестьян на аукционе (состоялся 2-го числа по распоряжению Тамбовского верхнего земского суда). Покупателем лота стал молодой офицер, подпоручик Николай Евсеевич Кузьмин (1765–1798), происходивший из известного многочисленного Лебедянского дворянского рода. Он недавно женился, его супругой стала Елена Ивановна (1767–04.06.1819). Жить пара стала в Лебедяни, переезжать в свои новые владения в Сезёново и обустраивать там себе усадьбу они не стали. Впоследствии, часть поместья, перешедшая в те времена Кузьминым, стала называться Евсеевкой (очевидно, по отчеству своего владельца-помещика). В настоящее время здесь осталось всего лишь несколько домохозяйств, но название по-прежнему живет в улице, проходящей в этой части села (к западу от плотины Сезёновского пруда).

В Лебедяни Кузьмины жили в приходе церкви Рождества Пресвятой Богородицы, сохранившейся до наших дней и расположенной у подножья Тяпкиной горы. В 1786 году (30.11) у них рождается первенец Александр, в 1787 году (04.12) – дочь Варвара, в 1788 (08.11) – сын Михаил, а в 1790 (14.01) – дочь Мария. После приобретения части Сезёново в период 1786–1789 гг. Николай Евсеевич проводит «рокировку» среди доставшихся ему крестьян – некоторые семьи полностью или по частям продаются другим помещикам, а взамен он приобретает и поселяет у себя новых крепостных, купленных у разных владельцев. В 1789 году Николай Евсеевич отписывает большую часть своих владений в Сезёново и крестьян жене, Елене Ивановне, и своим малолетним сыновьям – Александру и Михаилу.

Подпоручик Николай Евсеевич Кузьмин умирает молодым, весной 1798 года в возрасте 33 лет. В метрических книгах Лебедяни за этот год записей о его смерти нет. Возможно, он скончался в каком-то из своих отдаленных поместий, а, может быть, – в отъезде и похоронен где-то далеко от родных мест. В этот период Россия участвовала в коалиционных войнах в Европе; нельзя исключать и его гибель на службе в армии. А Сезёново на два десятилетия вступило во «вдовий период», когда селом управляли три помещицы-вдовы – княгини Екатерина Ивановна и Феодосия Дмитриевна Несвицкие и Елена Ивановна Кузьмина. Скорее всего, это время было не самым простым для Сезёново – согласно метрическим книгам и ревизским сказкам 1811 и 1816 годов численность крестьян в селе неуклонно снижалась, их постепенно передавали другим владельцам, которые увозили новых приобретенных крепостных в свои вотчины и поместья.

В 1806 году дочери Николая Евсеевича Варваре исполнилось 19 лет. Очевидно, она была выдана замуж, а семьи крепостных Шульгиных отписаны в ей в приданое. Однако, несмотря на смену хозяина, три последующих года крестьяне, переданные молодой невесте, скорее всего, продолжали проживать в Сезёново и были вывезены в поместье своих новых владельцев только на рубеже 1809/1810 годов.

Кто же стал мужем Варвары Николаевны Кузьминой? Смотрим архивные документы этого периода дальше... В июле 1807 года в метрической книге Казанской церкви вдруг появляется запись о женитьбе крестьян Игнатия Тихонова и Феодосии Тимофеевой Костиной, принадлежащих некоему новому помещику из Сезёново – Степану Ананьевичу Турбину. Ни до, ни после в метрических книгах, ревизских сказках и исповедальных ведомостях села таковой более не упоминается. Рискнем предположить, что именно Турбин стал зятем Елены Ивановны Кузьминой. Кто же он и откуда? В дворянских родословных книгах и архивных документах XIX века упоминается помещик Тульской губернии Ефремовского уезда коллежский асессор Турбин Степан Ананьевич [20], владевший селом Сретенское, Любашовка тож (сейчас это село Сретенка к югу от г. Ефремов), но проживавший с семьей в самом уездном центре. Скорее всего, речь идет именно об интересующем нас человеке... В ревизских сказках Сретенского-Любашовки 1850 года за помещиком С.А. Турбиным записаны некий крестьянин Роман Иванов с сыном Федором, ранее, в 1838 году, переведенные сюда из села Крутое Раненбургского уезда Рязанской губернии и оба умершие уже на новом месте в 1848 году [21]. Так, «перемещаемся» в Раненбургский уезд... Согласно ревизским сказкам 1816 года упомянутое село Крутое принадлежало уже знакомому нам коллежскому регистратору Александру Николаевичу Кузьмину (старшему сыну Елены Ивановны) и титулярному советнику Степану Ананьевичу Турбину с женой Варварой Николаевной [22]. Варвара Николаевна упоминается среди владельцев данного села и в ревизских сказках 1834 года. Очевидно, наша версия тех событий в целом подтверждается... Вероятно, в 1806–1807 гг., после женитьбы Варвары, Елена Ивановна Кузьмина отдала новобрачным оставшуюся часть своего поместья в с. Крутое (другая его часть ранее отошла сыну Александру). Кроме того, в приданое были отписаны несколько крестьянских семейств из Сезёново, в том числе, все остававшиеся там Шульгины. В 1838 году семья Романа Иванова была переведена в с. Сретенское-Любашовка в Тульскую губернию, а семья его брата Тимофея Иванова – возможно, осталась жить дальше в с. Крутое. Таким образом, потомки последних проживавших в Сезёново Шульгиных могли в дальнейшем обосноваться в Ефремовском и Раненбургском уездах. Узнать более детально о судьбе этих двух интересующих нас ветвей рода Шульгиных могут помочь документы из Государственных архивов Рязанской и Тульской областей, которые в ближайшее время должны быть оцифрованы и стать доступными для изучения.

Итак, в 1809 году последние представители крестьянского рода Шульгиных покинули Сезёново, окончилась столетняя история их проживания в селе. Однако, вполне вероятно, что потомки этого когда-то многочисленного семейства остались и живут вплоть до настоящего времени (возможно, с другой фамилией) не так далеко от Лебедяни в расположенном в этих же местах селе Острый Камень (Никольское), куда в середине XVIII века помещиками Ртищевыми была переведена большая часть принадлежавших им Шульгиных.